Д. ВОДХЕМС.

"ВРЕМЯ - ДЕНЬГИ"

Глава четвертая...

   ...У профессора Лейера был сердитый голос учителя, который терпеть не может что-нибудь объяснять, не говоря уж о том, чтобы повторять объяснения. Трехдневная щетина и перепачканный халат не делали выражения его лица мягче.

— Это вовсе не машина времени, а сместитель пространства-времени. Движение в пространстве и во времени строго координировано. И я могу по желанию перемещать тело из пункта А в пункт Б, хотя, конечно, многое зависит от точности настройки.

Мистер Чиано все еще был склонен считать, что за этим кроется какое-то жульничество, и тем не менее... Он поглядел на толстые кабели, змеившиеся по полу.

— А за этими дверями что? Ваша силовая установка?

— Да,— отрезал Лейер.— Не хотите ли посмотреть? Я вам ее с удовольствием покажу. Возможно, эффульгенция подействует на вас оздоровляюще.

— Эффульгенция?

— Ну да, радиация,— взорвался Лейер.— Что же, по-вашему, я подключен к городской сети? Чем, по-вашему, я здесь занимаюсь? По-вашему, мне хватит жалкого сетевого напряжения? — Он злобно фыркнул.— Непрерывная подача энергии — это обязательное условие, и риск какой-нибудь поломки должен быть полностью исключен.— Он ткнул в сторону стены не слишком чистым пальцем.— Оно там, в полумиле отсюда. Экранируется толщей земли.

— Вы что же, сами туннель выкопали? — осведомился Сеффен.

— Очень остроумно! — уничтожающе сказал Лейер.— Это заброшенный золотой рудник, и некоторые шахты и штольни вполне подошли для моих целей.

Мистер Чиано аккуратно обошел камеру сместителя. Он еще раз отметил про себя толщину кабелей, исчезающих за толстыми, наглухо закрытыми дверьми.

— На вид ничего особенного,— сказал он,—но ведь это, так сказать, айсберг, э? Видна самая малость.

Лейер скривил губы.

-Ну, сходство с айсбергом тут найти трудно. Хотя, говоря количественно... пожалуй.

А энергия подается постоянно? И ее можно использовать в любую минуту?

- Поле поддерживается постоянно. Как же иначе? Стоит отключить или снизить напряжение — и контакт невосстановимо нарушится. Этого я допустить не могу, а потому выключатель в системе вообще не предусмотрен. Пожелай вы «потерять» кого-нибудь в прошлом, мне пришлось бы уничтожить всю эту установку. Но поверьте, оно того не стоит.

— У меня и в мыслях ничего подобного не было,—сказал мистер Чиано.—Если установка действительно работает, я ни в коем случае не хотел бы воздействовать на энергетическое поле.

— Еще бы! — Лейер снял очки и протер их грязнейшим носовым платком.— Я знаю, чего вам надо,— объявил он злобно.— Того же, что и всем прочим,—легкой наживы.

Мистер Чиано изобразил на своем лице добродетельное возмущение.

— Легкой наживы? Нет, мною движет в первую очередь любовь к истории.— Он указал на задвинутую в угол мебель, на стол с безделушками.—Хотя признаюсь, что интересуюсь также и... э... антикварными вещицами.

— Ха-ха-ха! — саркастически сказал Лейер и ткнул пальцем в телохранителей.— А потому вам нужна вооруженная охрана? А что в этом чемоданчике? Небольшой арсенал, я полагаю?

— В чемоданчике находятся кое-какие предметы, захваченные нами на случай, если в них возникает необходимость.— Мистер Чиано пытался принять ледяной тон.— Оружие же, которое вы могли заметить, предназначается исключительно для целей самообороны, если произойдет что-либо непредвиденное.

— Ха-ха,— снова сказал Лейер.— Вы что, думаете, я совсем уж круглый дурак? Я ведь знаю, кто вы такие: та же порода, что в он.—Его палец ткнул в сторону Гэнси.— Жалкое жулье, которое только и думает, где бы нагреть руки. Ну да мне-то что? Если вы кого-нибудь и пристрелите, все равно они уже гниют в могиле четыре-пять сотен лет. Так что разница невелика. Если хотите нагреть руки — пожалуйста. Но не думайте, что я буду помогать вам за ваши красивые глаза.

— Вы уже отправляли туда... других своих друзей? — спросил Сеффен.

— Еще бы,—проскрипел Лейер.—И все потому, что пожалел никчемного дурака. Я его спас, а оказалось, что он прячется от полиции. С тех пор от его приятелей отбою нет. И почти все дают обещания, которые тут же нарушают.— Он бросил на Гэнси уничтожающие взгляд.

Гэнси обиделся.

Я же заплатил, верно? Тютелька в тютельку. Гинеи-то дороже долларов.

Лейер сухо улыбнулся и резким движением водворил очки на место.

— Не спорю. Но зато они привлекают слишком много нежелательного внимания, а я в отличие от вас никогда не посвящал себя искусству сбывать краденое.— Он сердито фыркнул.— Если вам приспичило обчистить банкирскую контору семнадцатого века,— это ваше дело. Но я хочу, чтобы мне платили долларами.—Повернувшись к мистеру Чиано, он сердито добавил:— И платили вперед!

Мистер Чиано скосил глаза к носу и, в свою очередь, презрительно фыркнул.

— Откуда мы знаем, что вы и правда можете устроить такую штуку, а не втираете нам очки? Вдруг на проверку шиш — что тогда?

— Если выйдет, так из-за вашей собственной тупости,— отрезал Лейер.— Послушайте, с меня хватит. У меня уже десятки перебывали таких, как вы: обещают половину, но вперед не дают и цента. И что я в конце концов получаю?—Он запыхтел от ярости и махнул рукой в сторону старинной мебели.— Если они и возвращаются, так суют мне всякую дрянь. Я ведь не старьевщик.—Его голос перешел в негодующий визг.— Нет уж! Если вы рассчитывали воспользоваться моим аппаратом, так вам не повезло. Хватит! С меня хватит. Я бросаю это дело.— Он производил впечатление сумасшедшего.

— Вы сказали: «если они возвращаются»,—поспешно сказал мистер Чиано.—Так, значит, некоторые не возвращаются?

— Вот именно.— Лейер смерил его свирепым взглядом.— Вы понимаете, что такое — прошлое? Какие оно таит преимущества? Современный человек там король. Даже если у него нет другого оружия, кроме пистолета тридцать восьмого калибра, он практически непобедим. О да! Я наслушался всяких обещаний. И много мне от них пользы? Выбросят диск обратной связи и плевать на все хотят. Говорю вам: с меня хватит.— Его голос снова перешел в визг.

Даже мистер Чиано слегка побледнел.

— Легче, легче, профессор! — сказал он вкрадчиво.— Имея дело со мной, вы можете ни о чем не беспокоиться. Я ведь не какой-нибудь мелкий жулик. У меня большие планы. Если все это правда, мы сумеем договориться к нашей обоюдной выгоде. Я позабочусь, чтобы вам больше никто не надоедал.

— Это я уже слышал,—иронически ответил Лейер.— Вы все на одну колодку. Обещания, обещания, ничего, кроме обещании! Ну, с меня хватит. Либо платите вперед, либо убирайтесь на все четыре стороны. Это уж как вам угодно. А я любителями дармовщины сыт по горло.

— Успокойтесь, профессор. Успокойтесь,— сказал мистер Чиано.— Я представляю богатых деловых людей, и мы будем рады предложить вам необходимый капитал.

— Поверю, когда увижу,— скептически ответил Лейер.—Больше я на эту удочку не попадусь. Чистота ваших побуждений и намерений меня не интересует. Все эти разговоры можете оставить при себе. Наличность — или позвольте пожелать вам всего наилучшего.

Мистер Чиано задумался, потом посмотрел на Сеффена. Сеффен открыл чемоданчик и достал толстую пачку долларов. Потом вторую пачку. Потом третью и четвертую. Все четыре пачки он положил на столик, который украсил бы любой королевский дворец.

— Ваша цена, если не ошибаюсь, двадцать тысяч долларов с головы,— мистер Чиано устремил на Лейера сверлящий взгляд.— Этих денег хватит, чтобы оплатить переброску двоих. Если все будет хорошо, можете рассчитывать на дальнейшую оплату. И мы не будем просить скидки.— Он выжидающе умолк.

— Хм...— Профессор Лейер подошел к столику, взял пачки, пощупал их и собрался опустить к себе в карман.

— Потише, профессор.— Сеффен крепко взял его за локоть.

— Это еще что такое? Мне показалось, что эти деньги предназначены для меня? — окрысился Лейер.— Либо вы платите, либо нет. И довольно тратить время попусту.

Мистер Чиано сделал Сеффену знак отойти.

— Берите, берите, профессор. Они ваши. Но прежде, чем вы кого-нибудь отошлете в прошлое, нам хотелось бы, чтобы вы продемонстрировали, как это делается...

— Как это делается? — Лейер, казалось, несколько растерялся.— Что вы имеете в виду? — Он засунул последнюю пачку в карман халата и поправил очки.— Если вы сами попробуете, что вам еще нужно?

— Сначала пошлите кого-нибудь другого. Э...—Мистер Чиано задумчиво посмотрел на своих телохранителей.— Вот, например, Карла... И верните его сюда. Если он подтвердит, что вы действительно можете посылать людей в прошлое и возвращать их оттуда, тогда мы обсудим, как лучше использовать такую возможность. Мне кажется, это вполне разумно.

Лейер пожал плечами.

Никаких бесплатных демонстраций. Если вы хотите посмотреть, как и что, вам придется заплатить, как за полную переброску.

— Это слишком дорого,— заспорил мистер Чиано.— Нам ведь нужно только, чтобы он проверил, действительно ли ваш аппарат работает. Для этого хватит и получаса.

— Ваше дело,— сухо сказал Лейер.— Вы заплатили за две переброски, и две переброски я вам устрою. Но никакой ответственности за то, как переброшенный будет вести себя там, я не несу.

— Что-что?

— Я ж вам уже говорил. Современный человек, попадая в прошлое, начинает по-новому смотреть на вещи. Даже современный дурак знает гораздо больше тогдашних людей. И перед ним открывается масса возможностей. Власть... Вы не представляете себе, как это соблазнительно.

- То есть Карл, по-вашему, захочет остаться там? — мистер Чиано выставил подбородок.—Ну, он не так глуп. Он сделает то, что ему велят. Он ведь знает, что его ждет в противном случае.

— Ах так! — насмешливо сказал Лейер.— А что вы сможете ему сделать, если вас будет разделять расстояние в несколько сот лет? Неужто вы станете бросать на ветер время и деньги, посылая людей на розыски в былые эпохи? У вас есть там связи? Где, собственно, вы будете искать? И где у вас гарантия, что ваши ищейки не последуют примеру того, за кем вы их пошлете? Я-то знаю. У меня уже был опыт. Прошлое для современного человека — это совершенно не освоенные территории. И там нетрудно оказать кое-какие услуги влиятельным лицам, войти к ним в милость. Современный человек, любой современный человек может спокойно рассчитывать на то, что станет там важной особой. Ко мне приходило...— он задумался и мысленно прикинул,— ровно девятнадцать человек, чтобы совершить короткое путешествие в прошлое. А вернулось только трое. В том числе он.— Лейер указал на Гэнси.

— Откуда вы знаете, что они остались там добровольно?

— А они привязывают диск обратной связи вот к такому хламу.— Лейер злобно махнул в сторону мебели.— Столы, стулья, безделушки... По их мнению, это остроумно.— Он раздраженно прошелся по комнате.— Они, кажется, воображают, что я воздухом питаюсь. Нет уж, хватит! Больше я не рискую.

— А вы не можете вернуть их против их воли?

— Действуя только отсюда? Нет. Ведь диск должен быть надет определенным образом. Носить его все время неудобно, да и выглядит он странно. Поэтому его обычно снимают и прячут где-нибудь. А я тут жду условленного сигнала. И когда наконец дождусь, то в камере стоит такая вот неоконченная статуя из средневековой Флоренции. Это далеко не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Мистер Чиано задумчиво достал сигару, откусил кончик, сунул ее в рот, нахмурился и прикурил от зажигалки, которую подставил ему Сеффен. Карл явно чувствовал себя неуютно под его немигающим взглядом. Наконец мистер Чиано заговорил:

— Другими словами, у нас нет средства гарантировать, что путешественник вернется, что он захочет вернуться?

— Средство-то есть.— В глазах Лейера мелькнула дьявольская усмешка.— Я над этим немало размышлял. И кое-что придумал.

Он подошел к старинному бюро, открыл ящичек и вынул из него пластмассовый тюбик.

— Вот! Одна такая пилюлька убьет человека за шесть часов. Для полной ее ассимиляции организмом требуется час, и еще час следует накинуть на всякий случай. Таким образом, остаются четыре часа — вполне достаточно, чтобы какой-нибудь доброволец успел заглянуть в прошлое. Но если он там замешкается, то умрет: ведь противоядие останется здесь.

Мистер Чиано затянулся и забыл выдохнуть дым.

—Хмм. Неплохо, неплохо,—сказал он наконец с видимым удовольствием.

Зато Карл поглядел на Лейера без всякого удовольствия. Ему этот план явно не понравился.

— Я отравы глотать ае буду,— предупредил он.

— Карл! — строго сказал мистер Чиано.— С тобой ничего плохого не случится. Вернешься сюда часа через два-три, примешь противоядие, и дело с концом.

— Н-да? Я отравы глотать не буду,— повторил Карл.— А вдруг что-нибудь случится? Вдруг меня трахнут по башке? Вдруг я этот диск потеряю? Нет уж, извиняюсь, мистер Чиано, только этот номер не пройдет.

Мистер Чиано огорчился и даже слегка побагровел, но тем не менее понял, что поколебать решимость Карла ему не удастся. Он учел это на будущее и заявил:

— Ну хорошо. Карл. Значит, отправится Моук. Слышишь, Моук?

Моук проверял магазин своего пистолета. Он даже не поднял головы.

— Мне это тоже не по вкусу, мистер Чиано. Да и религия не позволяет. Если баловать с ядами, то и загнуться недолго. То есть ошибиться-то ведь легко?

Мистер Чиано весь подобрался. Он не привык к такому наглому неповиновению. Забрались в пустыню, и уже думают, будто могут делать что хотят! Он чуть было не вспылил.

— Сеффен? — В его голосе появилась пронзительность.

Сеффену тоже не хотелось глотать яд, но выразил он это более дипломатично.

— Не лучше ли послать человека с опытом, который все об этом знает и потому легче избежит ошибки?

Остальные проследили направление его взгляда.

— А? — Гэнси даже подпрыгнул.— Погодите же, погодите! Я ведь бывал там. Зачем меня снова посылать? Я ведь уже все вам рассказал.

— А может быть, мы хотим послушать вас еще раз,— вкрадчиво ответил мистер Чиано.— И посмотреть, как это у вас получается.

— Послушайте же...— Гэнси обвел отчаянным взглядом их лица.— Зачем вам это? Я же был там, я знаю, что ничего опасного нет. Для чего мне-то еще раз туда отправляться? Что это докажет?

— Мы хотели бы посмотреть механику — так сказать, процедуру. И вы для этого вполне подходите.

Гэнси нервно дергал себя за пояс.

— Да не подхожу я. Пусть лучше Сеффена... проверят. Если вы мне все равно на слово не верите, так лучше... чтобы кто-нибудь другой...

— Мы вовсе не считаем вас лжецом, мистер Гэнси,— с упреком заметил мистер Чиано.— Мывам верим. Но почему вас так волнует мысль о еще одном путешествии? И ведь всего на два-три часа?

Гэнси вытер потный лоб и криво улыбнулся.

— Да смысла-то никакого нет. Я там уже был. Так пусть кто-нибудь другой побывает,— он повернулся к Лейеру.— Ведь вернее будет, чтобы... чтобы Карл отправился. Или Сеффен. То есть...

— Мне это абсолютно безразлично,— отрезал Лейер.— Разбирайтесь сами. А мне скажете, когда решите.

Гэнси еще раз оглядел своих новых друзей. И сдался.

— Ну ладно. По-моему, это глупо, но раз уж вы так хотите, я согласен. Только яда я принимать не буду.

— Но иначе нельзя,— ласково сказал мистер Чиано.— Это гарантия вашего благополучного возвращения.

— Да зачем? — Гэнси снова прошиб пот при мысли о том, во что он ввязался.— Я же... я же вернулся в тот раз. Прошлое на меня не действует. Я вовсе не желаю там оставаться.

— Ну, все-таки мысль о противоядии может послужить уздой для ваших желаний на случай, если вы, скажем, встретите прекрасную девицу,— мягко заметил мистер Чиано.— Всего лишь невинная предосторожность против искушения. Ради вас самого же. Не вижу, что тут возражать.

— Яда я принимать не стану,— отчеканил Гэнси.

Раздалось неприятное пощелкивание пистолетных курков, и телохранители мистера Чиано приготовились окружить Гэнси дружеским вниманием.

Гэнси медленно вытер ладони о брюки.

— Нет,— пробормотал он еле слышно.— Нет.

Но ему пришлось уступить желанию большинства.

Диск обратной связи был прикреплен к легкому металлическому обручу, который надевался на голову. Тонкие провода вели к сигнальному диску, подвешенному на груди. Еще несколько проводков были подсоединены к браслетам, надетым на ноги. Обряженному так бедняге Гэнси оставалось только войти в камеру переброски пространство-время.

— Огромную роль играет поляризация,— объяснил Лейер.— Частотный дифференциал этих сплавов уникален и неповторим. Пусть эти браслеты не слишком красивы, но они служат идеальным репером для идентификации во времени и в пространстве.

Он взял Гэнси за локоть и пошел с ним в круглую камеру. Лицо Гэнси блестело от пота.

— Вот так, ближе к центру. Ноги вместе. Стойте прямо. Тут важно сохранить определенный минимум расстояния между контактными лентами,— объяснил Лейер слушателям.— Браслеты под коленями, но их можно использовать и как стремена. А обруч на лбу... как лавровый венок,— добавил он с холодной улыбкой.—Расстояние должно быть таким, не больше и не меньше. Ни в коем случае ни при отсылке, ни при возвращении нельзя держать браслеты в руках. А также ни в коем случае нельзя низко нагибаться. Если голова приблизится к ногам, это искривит поле и приведет к катастрофе. Пока никто еще не пробовал провести экспериментальную проверку. Но я не рекомендовал бы ставать подобные опыты. Браслеты и обруч крепче, чем кажутся. Их можно сложить вместе и спрятать в карман. А это,— Лейер указал на маленький диск,— сигнал отзыва. По прибытии на место откройте его и нажмите на кнопку один раз. Это означает, что вы прибыли благополучно. Если момент или место прибытия неудачны, кнопку следует нажать дважды, после чего путешественник тут же перебрасывается в альтернативную временную полосу. Двойным сигналом, кроме того, можно пользоваться для переброски из одной недели в другую. Но за ту же оплату — не более трех раз. Четвертый двойной сигнал без дополнительной оплаты приравнивается к тройному сигналу и означает, что путешественник хочет вернуться.

Лейер критически оглядел Гэнси и убедился, что все в полном беспорядке, кроме его экипировки.

— Решив вернуться, вы нажимаете кнопку три раза. Но прежде убедитесь, что браслеты надеты правильно и что вы приняли стойку «смирно». Этого вполне достаточно, чтобы гарантировать полную безопасность.

Лейер достал небольшую кислородную маску и протянул ее Гэнси, который без всякой радости надел ее на рот и нос.

— В момент переброски могут возникнут перебои дыхания, хотя по меркам субъективного времени — лишь на одну-две секунды. Для предотвращения неприятных ощущений выдается вот эта маска с миниатюрным кислородным баллоном. Но это дополнительная и необязательная предосторожность. Если, например, маска будет потеряна, можете спокойно возвращаться без нее. На случай же каких-либо непредвиденных и абсолютно маловероятных осложнений у меня здесь имеется все необходимое для реанимации. Итак, мистер Гэнси, вы готовы? Превосходно. А теперь, джентльмены, будьте добры отойти от камеры.

Лейер повернулся к пульту управления. Он снял чехол, и открылись внушительные ряды сверкающих кнопок и разноцветных лампочек. Лейер повернул несколько выключателей, и на пульте замигали красные огоньки. Он внимательно вглядывался в освещенную карту графств юго-восточной Англии. Щелк, щелк — его руки действовали быстро, энергично, уверенно. Панель силовой установки скользнула на свое место.

Вззз! Выгнутая дверь камеры закрыла от них взмокшего Гэнси, который стоял вытянувшись, как чугунный столбик. Откуда-то донесся пронзительный вой.

Лейер был поглощен своим делом. Он глядел на циферблаты, нажимал на кнопки, переводил рычажки, поворачивал выключатели. Закрылась вторая панель силовой установки. Лейер задрал голову и принялся оглядывать гирлянды изоляторов и кабелей под потолком помещения. Он увидел искру и включил главный кабель. Раздался оглушительный грохот, от которого все, кроме Лейера, вздрогнули, и вой перешел в ровное мурлыканье.

Мистер Чиано, уставившийся на индикатор времени, увидел, что цифры дней слились в сплошную полосу, стремительно бежали месяцы, прыгали, сменяя друг друга, годы—1948. 1947, 1946, 45, 44, 43, 42, 41... Все быстрее и быстрее, а вскоре и они превратились в неразличимое мерцание.

Лейер, поглядывая на карту, вел маленькое яркое пятнышко к северной границе Мидллекса. Потом, не отводя глаз от Селектора, он одной рукой повернул рукоятку, а другой опустил рычажок. Его движения по-прежнему были быстрыми и уверенными.

На индикаторе времени вновь можно было различить цифры и слова. Движение барабанов замедлялось все больше и больше. 1683... 1682... декабрь, ноябрь, октябрь, сентябрь, август... 22, 21, 20, 19, 18, 17, 16...

Руки Лейера запорхали над клавиатурой. Медленно проползло «третье августа» и превратилось во «второе августа». Минуты замерли. Лейер перебросил рычажок. Его взгляд скользнул по толстым кольцам антенны за пультом управления. Ее кончик оранжево засветился. Погас. Снова засветился.

— Черт! — Лейер повернул выключатели, изменил настройку, нажал на какие-то кнопки. Мистер Чиано увидел, как дата меняется: третье августа, четвертое, пятое... и так до десятого. Лейер снова перевел рычажок и поглядел на антенну. Она оранжево засветилась. Один раз.

— Ну, очень хорошо,— облегченно вздохнул Лейер и, наклонившись над панелью, включил автоматический прием.

     Вжжж—изогнутая дверь камеры открылась.

     Сеффен вошел внутрь и огляделся. На него пахнуло каким-то странным запахом. Гэнси бесследно исчез. Сеффен почувствовал, как у него по коже побежали мурашки. Но он взял себя в руки и вернулся к остальным послушать объяснения, которые мистер Чиано с некоторым трудом выуживал из Лейера...

***